Ирина Белова обратилась в Конституционный суд, пытаясь спасти свой дом в деревне Большие Пороги от сноса. Власти потребовали уничтожить постройку, так как участок внезапно оказался в охранной зоне памятника «Безымянная высота», хотя в Едином государственном реестре недвижимости никаких обременений на момент покупки земли и получения маткапитала не значилось.
Жительница Ленобласти судится за дом, признанный самостроем
Ирина Белова обратилась в Конституционный суд, пытаясь спасти свой дом в деревне Большие Пороги от сноса. Власти потребовали уничтожить постройку, так как участок внезапно оказался в охранной зоне памятника «Безымянная высота», хотя в Едином государственном реестре недвижимости никаких обременений на момент покупки земли и получения маткапитала не значилось.
.jpg)
Конфликт возник из-за расхождения между реальными ограничениями и данными реестра. Белова купила участки под индивидуальное жилищное строительство в 2021 году, прошла все этапы оформления и даже получила материнский капитал на возведение дома. Спустя два года прокуратура заявила, что границы охранной зоны были утверждены еще в 2015 году. Суды встали на сторону ведомства, ссылаясь на статью 26 федерального закона №342, согласно которой режим зоны действует вне зависимости от записей в ЕГРН.
Юристы указывают на системный правовой парадокс. Пленум Верховного суда в 2023 году четко обозначил: постройку нельзя считать самовольной, если владелец не мог знать об ограничениях из-за ошибок государства. Однако нижестоящие инстанции игнорируют эту позицию. Эксперты отмечают, что выдача разрешений на строительство и использование маткапитала — это прямое подтверждение легальности действий гражданина. Теперь КС предстоит решить, допустимо ли перекладывать последствия ошибок чиновников на добросовестных собственников, и поставить точку в практике, когда охранные зоны существуют «невидимыми» для реестров недвижимости.
Комментарии (0)
Пока нет комментариев. Будьте первым!