Двадцать пять лет назад Кейт Уинслет покоряла Голливуд, а сегодня эстафету приняла её дочь Миа Триплтон. На 78-м Каннском фестивале она появилась в изумрудном платье Oscar de la Renta, вызвав не только эстетический восторг у критиков, но и очередную волну споров о «непо-детях» в индустрии кино.
Миа Триплтон вышла из тени матери на дорожке в Каннах
Двадцать пять лет назад Кейт Уинслет покоряла Голливуд, а сегодня эстафету приняла её дочь Миа Триплтон. На 78-м Каннском фестивале она появилась в изумрудном платье Oscar de la Renta, вызвав не только эстетический восторг у критиков, но и очередную волну споров о «непо-детях» в индустрии кино.
Выход Триплтон на премьеру «Финикийской схемы» Уэса Андерсона ожидаемо стал предметом обсуждений в сети. Зрители моментально провели параллели с культовым образом её матери на «Оскаре» 1998 года, сравнивая наряды и черты лица. Пока одни восхищались преемственностью, другие обвинили начинающую актрису в использовании семейных связей для продвижения карьеры.
Однако скептицизм в отношении «звездного кумовства» разбивается о фильмографию Мии. За плечами у девушки уже восемь проектов, включая «Игру королевы» и «Сенсацию». Свой путь в кино она начала ещё в 2014 году с «Версальского романа», планомерно выстраивая портфолио без громких заголовков. В Каннах компанию ей составил Марк Эйдельштейн — еще один молодой артист, чье присутствие на премьере и премии Kering Women In Motion подчеркнуло смену поколений в актуальном мировом кино.
Комментарии (0)
Пока нет комментариев. Будьте первым!